Дом, новый дом

Хронология серии

1. Светский вечер продолжается после дуэли

Игра возобновляется после событий предыдущего отрезка вечера. Вацлав и Тереза находятся в свободной комнате, которую заняли для уединения. Джеля покидает комнату, где была с Ларионом, и собирается ехать к Петронелле. С собой она должна увезти Митяя: его неподвижное тело спрятано в ящике под сиденьем кареты.

Внизу прежнее веселье уже стихло. После дуэли и общей суматохи часть гостей разъезжается; оставшиеся сдвигают столы, играют в карты, курят и рассказывают истории. Яков Брюс развлекает собравшихся байкой о предсказании, после которого мужчина передумал жениться и стал скрываться от семьи невесты. Мастер отдельно отмечает, что Джеля не может надёжно определить, насколько рассказ приукрашен.

Джеля замечает почти всех знакомых Оболенских, кроме Михаила. Мать семейства поглядывает на Аркадия, а тот перемещается по залу так, чтобы не попасться ей для выговора. Наталья Дмитриевна встревожена, но держится. Лариона в зале нет: после их разговора он ушёл в другую сторону. Джеля не знает, куда именно.

Перед отъездом она передаёт лакею записку для Вацлава: сообщает, что едет к Петронелле с Митяем. Описывает адресата, чтобы слуги могли его найти. Записка действительно будет вручена позже, при выходе Вацлава из дома; на этом этапе нельзя считать, что он уже знает её содержание.

2. Джеля знакомится с Марией Николаевной и Натальей Дмитриевной

Джеля решает подойти к женщинам Оболенским, несмотря на риск неловкости. Она носит накидку с капюшоном, которую ей ранее дал Ларион: та прикрывает изменённую причёску после переодевания для допуска на дуэль.

Джеля представляется и объясняет, что в Польше женщина может сама знакомиться с другой женщиной. Мать семейства представляется как Мария Николаевна Оболенская и представляет старшую дочь, Наталью Дмитриевну. В некоторых репликах ASR искажает имя дочери, однако дальнейший разговор неоднократно закрепляет форму «Наталья».

Попытка сделать комплимент быстро превращается в спор о приличиях. Джеля сообщает, что Анна Фёдоровна Смолина хорошо отзывалась о Наталье и что одному из её сыновей та нравится. Мария Николаевна не считает это приятной новостью: дочь уже помолвлена, и обсуждение других поклонников кажется ей неподобающим. По её представлению, мужчина должен заявлять намерения главе семьи, а женщина — поддерживать мужа и не привлекать к себе лишнего внимания.

Джеля возражает, что внимание достойных мужчин приятно само по себе и может поддерживать самооценку женщины, даже если та не собирается отвечать поклонникам. Она подчёркивает различие между местными обычаями и более свободными нравами Европы и Кракова. Это не успокаивает Марию Николаевну, а усиливает её негодование.

Затем Джеля называет Егора Дмитриевича источником хороших отзывов об образовании и уме Натальи. У матери упоминание Егора вызывает ещё более заметную неприязнь; у Натальи, напротив, выражение лица становится довольнее. Мастер поясняет отношение матери к признанному мужем внебрачному сыну: признание со стороны отца не означает принятия со стороны его жены. Наталья относится к Егору тепло, как к брату. Это семейная реакция, а не свидетельство её романтического интереса к нему.

Когда разговор заходит о Михаиле, Джеля заявляет, что случившееся с ним несправедливо. Она рассказывает, что задействовала связи для более серьёзного расследования и подключилась вместе с Вацлавом Вольским. На вопрос о собственном интересе отвечает, что Михаил ей нравится и что она видит в нём большой потенциал, после чего отдельно уточняет: не в качестве жениха. Помощь она объясняет своим долгом перед человеком, которому может помочь имеющимися ресурсами.

Мария Николаевна воспринимает и эти объяснения тяжело. Наталья аккуратно останавливает мать, предлагает ей присесть и благодарит Джелю за добрые слова. Разговор заканчивается без открытого разрыва, хотя Джеля уходит с ощущением, что произвела на старшую Оболенскую плохое впечатление.

3. Приглашение в читальный круг

Наталья рассказывает, что женщины иногда собираются вместе читать, и приглашает Джелю присоединиться. По её словам, круг организовала Клаша; точная форма этого имени в расшифровке требует осторожности.

Джеля спрашивает, можно ли прийти с подругой. Наталья разрешает, если подруга тоже любит литературу. Следующая встреча назначена на ближайший вечер, примерно к семи часам, в доме Смолиных — место впоследствии уточняется в разговоре Вацлава с Егором и в обсуждении общего плана.

Это действительное приглашение. Подруга на этом этапе не названа хозяйке круга. Идея привести Петронеллу появляется позже в разговоре Джели и Вацлава и не означает, что Петронелла уже согласилась пойти.

После беседы мастер описывает Марию Николаевну как человека, которому трудно угодить: упоминание семейной беды может вызвать упрёки, но молчание тоже рискует быть истолковано как безразличие. Шутки игроков о том, что мать теперь считает Джелю соблазнительницей сына или обвиняет её дочь в распущенности, не являются произнесёнными Марией обвинениями.

4. Слухи о Вацлаве и отъезд Джели

Без царя обстановка становится менее сдержанной. Джеля слышит рассказ о том, что усатый польский пан поймал мужчину в коридоре, признался ему в любви и поцеловал. Рассказчик прямо указывает на Вольского и говорит о свидетелях, в том числе о Хелене, которая стояла рядом и смеялась.

Джеля пытается придать происшедшему вид обычного краковского розыгрыша: предполагает проигранный спор и объясняет, что шутливое признание ничего не доказывает. Это не прекращает пересуды. Собеседники удивляются таким обычаям и начинают обсуждать европейские нравы.

Событие, из которого вырос слух, произошло раньше. Новое в текущей сцене — его распространение среди гостей и участие Джели в попытке объяснить его как шутку. Обсуждение игроками биографии Якова Брюса и происхождения его имени не добавлено к канону светского разговора.

Джеле подают карету. Она проверяет Митяя: тот по-прежнему лежит в ящике, куда его удалось поместить, согнув тело. Мужчина, обслуживающий экипажи, предлагает сам отвезти её, поскольку даме ночью не положено сидеть на козлах. Джеля соглашается. У кареты одна лошадь; кучер управляет ею главным образом голосом, без постоянного жёсткого понукания. Его обращение с животным производит достаточно хорошее впечатление, чтобы Джеля задумалась о найме.

5. На мосту: Алексей и его отец

По дороге кучер останавливает карету и просит разрешения подобрать сына, стоящего на мосту с котомками. Джеля разрешает. Когда он зовёт юношу по имени Алексей, она узнаёт человека, из которого уже пила кровь во время прежней поездки. Отец тоже присутствовал при той встрече, но сейчас сам её не узнаёт.

В разговоре уточняется родство: отец и старший Алексей связаны с младшим Алексеем, которого герои раньше встречали рядом с Митяем. Это одна семья, а не несколько случайных одноимённых людей. Отец впоследствии получает имя Онисим. Формы «Онисим» и «Анисим» колеблются в расшифровке; здесь используется форма, закреплённая в дальнейшем обращении к нему.

Старшему Алексею примерно девятнадцать лет. Он смущён встречей и предложением Джели заработать, но соглашается сесть к ней в карету. Отец не вмешивается. Мастер объясняет его сдержанность социальным положением: простой крестьянин не чувствует себя вправе спорить с богатой паночкой. Это объяснение ситуации, а не установленное одобрение им всех её действий.

Джеля спрашивает Алексея о самочувствии после прошлого кормления. Тот говорит, что тогда его немного мутило, но теперь он чувствует себя неплохо. Точная дата прежней встречи не восстанавливается: игроки перебирают несколько ноябрьских дней и сходятся лишь на том, что прошло несколько дней, приблизительно неделя.

Перед новым кормлением Джеля выясняет, ел ли он сегодня. Алексей отвечает, что на ярмарке купил булку с рыбным супом; еда была скромной. Джеля обещает деньги, на которые он сможет поесть ещё. Она пьёт из него, намереваясь утолить Голод на одну ступень, зализывает след укуса и отдаёт одну серебряную монету. После этого юноша очень смущён и почти не поднимает глаза. Мастер отдельно уточняет: он не показан травмированным или обиженным, его вид объясняется неловкостью и неожиданностью происходящего.

6. Предварительный найм семьи Онисима

Джеля выясняет, что у Алексея и отца нет постоянной работы. Раньше семья занималась лесным промыслом и охотой, но, по словам Алексея, недавний царский указ затруднил эту деятельность. Теперь они перебиваются случайными заработками. Мать давно умерла; кроме отца у него есть младший брат, тоже Алексей.

Джеля предлагает работу для нескольких членов семьи. Ей нужен постоянный кучер, а также человек для мелких поручений: принести, купить, почистить. Алексей говорит, что этим может заниматься он или младший брат. О брате он добавляет, что тот умеет шить, тогда как сам с иглой управляется плохо.

Предложение пока предварительное: Джеля хочет обсудить устройство общего хозяйства с Вацлавом. Она разрешает отцу и сыну подождать в карете, но запрещает что-либо трогать, открывать или курить внутри. Нарушение условия отменит договорённость о работе. Они обещают соблюдать требования; один из них подтверждает обещание крестом.

У дома Петронеллы Онисим помогает Джеле выйти и освещает путь фонарём, предупреждая о скользких местах. Она даёт ему медные монеты за старание. Название монет в ASR не вполне надёжно; точная сумма не установлена. Отец и сын возвращаются к карете ждать.

7. Петронелла принимает гостью; Клим появляется без приглашения

Петронелла открывает дверь в домашней одежде, с подготовленными к ночи волосами. Она пыталась лечь спать, но признаётся, что ей трудно уснуть: из-за прежней работы она привыкла бодрствовать ночью и спать днём. Джеля предлагает прийти позже, однако Петронелла приглашает её войти.

Успешная проверка наблюдательности позволяет заметить возле пола небольшую птицу. Джеля обращается к ней, подозревая знакомого сородича. Сыч перелетает к лавке и превращается в Клима. Петронелла пугается и прячется за Джелю; та успокаивает её, поясняя, что он такой же, как они.

Джеля не одобряет способ появления Клима. Он вошёл в чужой дом без приглашения и продемонстрировал превращение, не выяснив заранее, посвящена ли хозяйка в тайну сородичей. Клим извиняется. По объяснению, он искал возможное письмо от Джели, увидел, что она приехала сюда, и решил посмотреть, к кому.

Джеля настаивает, чтобы он представился и признал права хозяйки дома. Клим целует Петронелле руку и называет себя Климом Андреевичем. Позднее отдельно уточняется, что его действительное отчество — Дмитриевич, а Андреевич он обычно использует при представлении. Эти формы не следует сводить к одной как к простой ошибке распознавания.

По вопросу Петронеллы о его природе Клим понимает, что она уже знает о сородичах. Это снимает непосредственную проблему раскрытия перед непосвящённой в этой конкретной сцене, но не делает его первоначальную беспечность обоснованной задним числом.

8. Разговор о мужчинах, дуэли и свободе Петронеллы

Петронелла замечает волосы Джели. Та объясняет, что ей пришлось изображать мужчину, чтобы попасть на дуэль и помешать гибели человека. Она пересказывает опасность для Аркадия Оболенского, но путается в именах другого участника. В отдельном разговоре Вацлава с мастером позже надёжно уточняется: Степан вызвал Аркадия, Фёдор был рядом в иной роли.

Петронелла спрашивает, зачем вмешиваться в глупости мужчин, если они сами их совершают. Джеля отвечает, что хороших мужчин не так много, чтобы безразлично смотреть на их возможную гибель. Разговор переходит к выбору партнёров.

Петронелла положительно отзывается о Тихоне Емельяновиче: он добрый и не распускает руки. Джеля считает такую планку слишком низкой и убеждает её, что теперь можно выбирать красивых, умных и состоятельных мужчин по собственному желанию. Петронелла защищает своё мнение о прежнем клиенте: если бы Джеля видела его причёсанным и хорошо одетым, впечатление могло бы быть другим.

Смысл разговора шире оценки конкретного мужчины. Джеля хочет, чтобы Петронелла перестала воспринимать близость как обязательную работу и научилась выбирать ради себя. При этом в мета-уточнении выясняется граница знания Джели: она знала о желании Вацлава забрать Петронеллу из прежнего заведения, но не присутствовала при всех окончательных договорённостях. Точный объём прежней сделки не становится её знанием автоматически.

Клим остаётся на лавке, курит и наблюдает. Его присутствие постепенно превращает разговор двух женщин в ситуацию, где все трое понимают возможность дальнейшего сближения, но Джеля ещё не знает, как к этому относиться.

9. Вацлав и Тереза: взаимное признание

Параллельно завершается уединение Вацлава с Терезой. Мастер подчёркивает её необычную для него страстность и сильную физическую усталость. Вацлав замечает состояние Терезы, спрашивает, не пора ли передохнуть, приносит ей воду и остаётся рядом. Подробности близости здесь важны как контекст доверия; они не являются отдельными каноническими изменениями мира.

Вацлав говорит, что ни с одной женщиной прежде у него не было такого опыта, и хвалит Терезу за пылкость. Затем прямо спрашивает, не было ли всё случившееся лишь случайным взаимным порывом. Тереза некоторое время подбирает слова и отвечает: «Я люблю вас».

Он отвечает взаимностью и объясняет отличие от прежних связей: другие женщины были прекрасными, но не являлись спутницами его сердца. Терезу он считает такой спутницей. Это взаимное признание в текущей сцене, а не одностороннее истолкование её поведения.

Вацлав намерен поговорить с Лаурой, поскольку Тереза уже дала согласие на дальнейший шаг к общей вечности. Само согласие здесь обсуждается как существующее; его получение не разыгрывается заново. В текущей записи Тереза не обращена.

10. Тереза предупреждает о долгах Лауре и рассказывает об Исабелле

Тереза спрашивает, хорошо ли Вацлав знает сеньору, и предупреждает о цене долга. По её словам, если Лаура сочтёт, что слишком долго ждёт возврата, она может прийти и забрать то, что сама посчитает оплатой.

В качестве примера Тереза рассказывает историю Исабеллы. Её сир задолжал Лауре и не спешил расплачиваться. Когда выяснилось, что у него появилось дитя, Лаура отправила младшего брата забрать Исабеллу в счёт долга. По словам Терезы, Исабелла может делать многое по своему усмотрению, но не может свободно покинуть Лауру: та вправе заявить на неё права.

Вацлав возмущён. Для него свободный сородич не должен становиться чьей-то собственностью, тем более в уплату чужого долга. Он сравнивает это с крепостной зависимостью и заявляет, что подобный порядок неприемлем в его доме. Тереза отвечает, что их ночной мир допускает такие отношения, а отсутствие этого опыта у Вацлава не доказывает отсутствия подобных практик в Кракове.

В обсуждении приводится и пример Джели, которую Станислав когда-то получил как трофей. Это воспоминание о прежнем каноне и комментарий к устройству отношений, а не новое перемещение Джели между владельцами.

Тереза добавляет, что младший брат Лауры тоже пытался возражать против изъятия Исабеллы, но не смог изменить решение сестры. Вацлав всё равно намерен обсудить условия с Лаурой. Никакого нового долга, его размера или принятой формы оплаты в этой сцене ещё нет.

Всё изложенное об Исабелле — рассказ Терезы, полученный Вацлавом. Герои не проверяют его у Исабеллы, её сира или самой Лауры в текущей записи.

11. Младший брат Лауры и разговор о ревности

Тереза рассказывает о младшем брате сеньоры. Брата зовут Андреас Лисандр.

По её словам, он хитёр, ловок, изобретателен и исполнителен. В истории семьи она упоминает сеньора Теодороса: после того как Лаура стала гарпией в Риме, тот завёл ещё одно дитя для поездок по другим странам, а младшего брата Лауры обучали и использовали для шпионской деятельности. География рассказа включает Грецию и Турцию. Это сведения со слов Терезы, а не самостоятельно установленная биография.

Она также прямо признаётся, что между ней и этим мужчиной были близкие отношения, и хорошо отзывается о нём. Вацлав сначала утверждает, что не станет запрещать ей связи: если у него несколько дам сердца, у неё тоже может быть такая свобода. Однако перспектива приезда бывшего любовника вызывает ревность. Он тут же начинает рассуждать, что турка можно найти самим, а необходимое решить письмами, без вызова родственника Лауры в Петербург.

Тереза замечает эту перемену и подшучивает над ним. Она говорит, что сейчас не нуждается в возвращении прежней связи; продолжительность любви обсуждается как открытая перспектива, а не обещание неизменности на всю вечность.

Перед уходом Вацлав просит её обращаться к нему на «ты», хотя бы наедине. Она обещает постараться и объясняет привычку к «вы». Он уходит искать Марту и Лауру; Тереза остаётся приводить себя и комнату в порядок.

12. Неудачный подарок Марте

Внизу Вацлав находит Марту и сообщает, что искал её весь вечер ради подарка. Отведя её в сторону, он показывает твёрдый кубик крови. Для него главное — необычная форма и собственная способность её создавать.

Он объясняет происхождение материала: это кровь человека, погибшего на ярмарке, которого в расшифровке называют примерно «Йоханусом»; предполагается, что в крови есть яд. В смерти этого человека прежде пытались обвинить Марту. Наличие яда Вацлав обозначает как вероятное, а не как подтверждённый текущим исследованием результат.

Марта реагирует раздражённо: такой образец ей пригодится, но подарком она его не считает. Если изучать кровь, она будет расходоваться; хранить просто на память кубик сомнительно. Она напоминает, что обычную кровь тоже можно сделать твёрдой замораживанием. Вацлав отвечает, что его кубик не должен растаять, и предполагает, что может даже не испортиться, однако проверки долговечности ещё нет.

В ходе разговора выясняется и различие интересов: по словам Марты, наука нравится Хелене, а её саму привлекают кровь и яд. Вацлав воспринимает отказ считать подарок удачным болезненно. Тем не менее Марта забирает кубик себе. Это передача предмета, состоявшаяся независимо от эмоциональной неудачи дарителя.

Позже Джеля предлагает более подходящий вариант подарка — браслет с камнем и кровью. Вацлаву идея нравится; он обсуждает возможность использовать собственную кровь. Браслет в этой серии не изготовлен, а свойства длительного хранения по-прежнему не проверены.

13. Лаура уехала; Вацлав встречается с Хеленой

Вацлав не находит ни Лауру, ни сопровождавшего её Александра. Лакеи сообщают, что она недавно уехала и кареты уже нет. Запланированный разговор об условиях для Терезы откладывается.

Гости смотрят на Вацлава с любопытством и перешёптываются. Он подходит к Хелене и говорит, что их общая шутка подпортила его репутацию слухами о мужеложстве. Хелена отвечает насмешливо: теперь женщины двора, по крайней мере, в безопасности. Она не утверждает, что специально рассчитала всё как план, но ожидала пересудов и довольна эффектом.

Вацлав уточняет, что на вечере была сама Лаура, и спрашивает об Исабелле. Хелена её не видела. Последняя известная Вацлаву встреча с Исабеллой обсуждается как прежнее событие — перед тем, как он ушёл через окно. Отсутствие её на вечере не объясняется и не превращается в известие о том, где она находится.

Он также ищет Джелю. Хелена не знает, куда та делась, но упоминает, что раньше лакеи искали её по поручению графа. Вацлав пытается отмахнуться от этого сообщения. Сам факт поручения подробно в текущей сцене не проверяется.

Прощаясь, Вацлав напоминает, что помнит своё обязательство. Хелена особенно ждёт стихов. Он предупреждает, что не считает себя поэтом, но обещает постараться. Она требует, чтобы стихотворение было достойно её, и замечает на нём запах Терезы — ирисов и померанца. Это усиливает личный смысл её требования: общая свобода не отменяет желания получить внимание и достойное извинение.

14. Разговор со Смолиными: Копорье и упыри

Вацлав подходит к группе мужчин, где находятся Евсей, Степан, Фёдор и Егор. Евсей пьян заметно сильнее остальных. Проверка наблюдательности позволяет Вацлаву услышать разговор до вступления в него.

Степан говорит, что 12 ноября утром солдатская делегация отправится в сторону Копорья с разведывательной задачей и для подготовки фронтовых работ. Фёдор сообщает, что шведские шпионы активизировались и следят за подготовкой следующего этапа войны; поэтому дороге и перемещению солдат нужно уделить внимание. Это услышанные заявления участников беседы, а не результат проведённой героями разведки.

Евсей неожиданно поддевает одного из братьев: напоминает о чтении трудов, связанных с церковной охотой на упырей. По его пьяному взгляду Вацлав не может определить, к кому именно обращена реплика. Оба брата напрягаются; Егор заинтересованно спрашивает о трудах, но Евсей отмахивается и предлагает забыть сказанное.

Вацлав вступает в разговор и пытается снизить напряжение со Степаном после дуэли. Тот настаивает, что достойный мужчина должен защищать честь женщины. Вацлав соглашается с принципом, признаёт его поступок достойным и поясняет, что делить им нечего: сеньорита занята. Степан сдержанно реагирует, но недовольство сохраняется. Примирение не превращается в дружбу или признанное прекращение всех претензий.

Затем Вацлав возвращается к услышанному об упырях. Упоминает церковного служителя Василия Андреевича, пана Мануйло и кладбища, пытаясь выяснить, кто из братьев занимался такими изысканиями. Фёдор отрицает, что речь о нём; Степан заявляет, что слышит об этом впервые.

Проверка проницательности даёт Вацлаву основание считать, что именно Фёдор что-то недоговаривает. Она не устанавливает конкретную связь с охотниками, содержание прочитанных книг или участие в действиях против сородичей. Вацлав запоминает подозрение и переводит разговор обратно на войну.

15. Торговые сети как возможный канал шпионажа

Евсей вовлекает Вацлава в обсуждение торговцев и шведских агентов. Он предполагает, что ярмарочная торговля может служить прикрытием для передачи сведений в сторону Копорья и Нарвы. Спрашивает, лучше ли задерживать подозрительного торговца в пути или дождаться прибытия.

Вацлав отвечает, что само движение по дороге ничего не доказывает: торговец может просто везти товары. Если же при нём есть очевидные военные сведения, нужно понимать, почему его не задержали ещё на выезде. Евсей предлагает вариант, при котором информацию передают уже в дороге, в ближайшем населённом пункте.

Разговор доходит до маскировки сведений под обычные документы, например бухгалтерскую книгу. Егор предполагает, что информацию спрячут; Вацлав добавляет возможность шифрования и необходимость специалиста, способного отличить шифр от нормальных записей. Существование такого специалиста в конкретном подразделении никто не подтверждает.

Евсей убеждён, что доверять никому нельзя. Степан, по его пересказу, не хочет подозревать соотечественников. Вацлав замечает, что деньги для некоторых людей важнее чести, независимо от страны происхождения. Евсей радуется поддержке.

Мастер описывает сильное обожание, с которым Евсей смотрит на Вацлава, и ревность, возникающую, когда тот хвалит Егора. Эти реакции важны в контексте уже существующей зависимости Евсея, но не доказывают отдельного свободного романтического выбора с его стороны. Нового кормления витэ в этой сцене нет.

В результате обсуждения не найден ни один шпион и не изъят ни один документ. Вся схема остаётся рассуждением о возможном способе работы агентов.

16. Скандал Оболенского-старшего

Степан пытается унять пьяного Евсея и просит вести себя прилично, чтобы не опозорить семью. Евсей отвечает, что Оболенских им всё равно не переплюнуть. Почти сразу за спиной Вацлава действительно начинается новый эпизод: пьяный глава Оболенских стоит на коленях перед Смолиным, просит прощения и говорит, что не помнит того, за что ему предъявляют претензии.

За что именно он извиняется, в этом фрагменте не раскрыто. Нельзя достроить содержание проступка из одного вида его унижения.

Вацлав удерживает Егора от немедленного вмешательства, когда видит, что к семье подходит Павел и спешит Аркадий. Аркадий поднимает отца, выдерживает взгляд Смолина и спокойно что-то говорит, несмотря на собственный стыд. Затем уводит сопротивляющегося отца из зала.

Мария Николаевна демонстрирует сильное недомогание. Мастер описывает театральность её поведения; вокруг собираются женщины, Наталья и Хелена помогают, Марта смотрит на происходящее скептически. Павел приносит воду и старается привести старшую Оболенскую в чувство. Джеля к этому времени уже уехала и не является свидетелем этой части скандала.

Вацлав позже расскажет ей о коленопреклонённом Оболенском. Известие будет получено от него, а не из личного наблюдения Джели.

17. Вацлав и Егор: участок и подготовка встречи

Вацлав говорит Егору, что скоро уедет, и договаривается о встрече с мужской частью Оболенских. Егор спрашивает, связано ли желание приобрести участок в Усть-Ижоре с упоминавшимися местами силы. Вацлав отвечает более практично: хочет построить там доходное заведение, прямо называя его борделем.

Он объясняет, что намерен наконец закрепиться в городе: у него пока нет собственного нормального дома, устроенного хозяйства и местного дела. Рассуждения о местах силы в этой сделке, по его словам, не главное. Егор замечает, что такой план, вероятно, заинтересует отца, и говорит о желании укрепить в Петербурге новгородское влияние наряду с московским.

Сначала Егор предлагает дневную встречу в австерии, где можно снять комнату для разговора. Вацлав переносит её на вечер. Согласовано полседьмого вечера 11 ноября. Это встреча для переговоров, а не уже заключённая покупка земли.

Обсуждается и ранее задуманный способ сблизить Павла с Натальей. Их нужно вывести на совместную прогулку и организовать нападение, в котором Павел сможет показать себя. После чтения в доме Смолиных дамы, вероятно, захотят прогуляться — это возможный повод. Вацлав хочет включить Джелю, поскольку для неё расторжение прежней помолвки имеет собственное значение.

Егор вспоминает свои договорённости с Джелей: сходить к мастеру для пошива платья и попасть на один поединок. Сам поход и поединок в этой серии не происходят.

Идея сделать Джелю переодетой нападающей с саблей проговаривается, но отклоняется: участники предпочитают поберечь Павла и найти иной способ. Вацлав поручает Егору продумать часть организации как жест доброй воли.

При выходе лакей вручает Вацлаву записку Джели. Он узнаёт, что она у Петронеллы с Митяем. Собственная карета уже уехала, поэтому он берёт доступный экипаж с кучером и отправляется к ней.

18. Джеля, Петронелла и Клим: сближение и границы

Тем временем Петронелла пересаживается ближе к Джеле. Разговор о свободе выбора превращается в взаимный флирт и поцелуи. Джеля сперва хочет шептаться с ней, но Петронелла уверенно ведёт сближение. Клим наблюдает, а обе женщины понимают, что его присутствие перестало быть случайным фоном.

Джеля смущается и пытается понять, насколько далеко они готовы зайти. Петронелла отвечает, что готова настолько, насколько позволит Джеля. В дальнейшем она предлагает взять руководство на себя, поскольку у Джели и Клима, по её впечатлению, нет ясного представления о совместной близости втроём.

Для Джели важно, чтобы Петронелла не воспринимала себя работающей или обслуживающей клиентов. Она прямо возражает против сравнения с прежней профессией и говорит, что теперь у Петронеллы другая жизнь. Для Клима это тоже новый опыт. Он признаётся в растерянности, но напоминает, что Джеля заранее предупреждала: он у неё не единственный, и он принял это.

Когда Джеля называет себя распутницей, Клим не поддерживает её самоосуждение. Его реакция показывает, что он не считает её поведение основанием унижать или отвергать её. Петронелла спрашивает о его любви к Джеле; он подтверждает чувство и относит его начало примерно к неделе назад, к периоду их столкновения с саблей. Точная дата не закрепляется.

По пути в спальню Джеля рассказывает о своём прежнем учебном поединке с Ларионом: он выиграл со счётом два к одному, поединок был до касания, а не до крови. Важная поправка в её рассказе — поцарапала его она, он её не ранил. Сам поединок относится к уже прошедшим событиям.

Проверка, предпринятая Джелей для понимания обмена взглядами между Петронеллой и Климом, даёт всего один успех. Мастер прямо говорит, что Джеля плохо понимает происходящее и чувствует себя неловко. Поэтому анализ не приписывает ей точного знания их скрытых мыслей или предварительного сговора.

Близость происходит втроём под руководством Петронеллы. Джеля сначала заметно скованна, но постепенно включается и доверяет обоим. На первом этапе Петронелла и Клим в основном совместно уделяют внимание ей; позднее по взаимному обсуждению взаимодействие становится более общим. Важна не детализация действий, а переход от наблюдения и смущения к принятому всеми участниками совместному опыту.

После этого Джеля отдельно спрашивает Петронеллу и Клима, понравилось ли им. Петронелла отвечает утвердительно; Клим тоже говорит, что ему понравилось, и отмечает непривычность опыта. Джеля признаётся, что довольна, хотя не была готова и очень смутилась. Возможность повторить встречу обсуждается положительно, но конкретной даты или обязательства не устанавливают.

Во время последующих разговоров и осторожных экспериментов Клим объясняет, что готов пробовать новое с Джелей из любви, хотя не всё оказывается для него приятным. Она прекращает неудачную попытку и предлагает вернуться к ней при других обстоятельствах. Когда Джеля предлагает иной вариант совместной близости, отдельно оговаривает: только если все этого хотят. Петронелла продолжает помогать неопытным участникам; в итоге все трое довольны, а она заметно устаёт и начинает засыпать.

Мастер уточняет, что Клим использовал укусы во время близости. Укусы не следует автоматически считать полноценным кормлением: в одном из эпизодов прямо сказано, что он не пьёт, а общий объём возможного питья не установлен. Нет основания записывать новое звено Уз крови или определённое снижение его Голода.

Джеля и Клим уходят, чтобы дать Петронелле отдохнуть. Та запирает дверь, и свет в доме гаснет. Вопрос о будущем рабочем распорядке Петронеллы остаётся открытым: она предполагает сон с рассвета до вечера, но не знает, какую работу и график предложит Вацлав.

19. Встреча у кареты и сообщение Климу о его отце

Вацлав подъезжает к дому, когда Джеля и Клим выходят. Клим тепло обнимает Джелю; Вацлав впервые в этой записи видит их явную близость. Мужчины приветствуют друг друга.

Джеля представляет Анисима и Алексея и рассказывает о предварительном найме. Вацлав замечает практическую проблему: кучеру, лакею и лошади нужно место, тогда как у самих хозяев ещё нет постоянного дома. Он настаивает, что хозяйство общее и решать это предстоит обоим.

Отослав слуг в сторону, они приглашают Клима в карету и показывают Митяя. Вацлав объясняет, что тот сам нашёл их и хотел Обращения; насилия против его воли не было. Джеля подчёркивает, что старалась придать происходящему торжественность и получить клятвы, насколько позволяли обстоятельства.

Клим принимает известие спокойно. Отец давно этого хотел, и Клим надеется, что всё получится. Его собственное желание сформулировано как желание, чтобы отец получил искомое. Митяй пока не приходит в себя: герои лишь уверены или надеются на благоприятный исход.

Вацлав спрашивает, не готов ли Клим тоже присоединиться к Камарилье. Тот отказывается принимать решение сейчас: остаются обсуждения, и они ждут писем из Москвы. Приезд московского князя Клим не подтверждает; версия Вацлава о нём отклоняется.

Джеля говорит, что спрашивала о пане Бергове и что с ним всё хорошо. Разговор касается ожиданий московской группы, но её окончательная политическая позиция не меняется на глазах героев. Нельзя записывать переход Клима или всей группы на сторону Камарильи.

Перед прощанием Клим просит Джелю написать хотя бы несколько строк. Она обещает. Они договариваются увидеться в ближайшую полночь — на переходе с 11 на 12 ноября. Конкретное место обсуждают, вспоминая пристань как приятное место, но окончательного выбора в записи нет.

20. По дороге к Суси: Евсей, любовь и Ларион

Вацлав и Джеля едут к дому семьи Суси у Чёрной речки. Элеонора прежде объясняла Вацлаву расположение дома, однако Анисим и Алексей семью не знают. Кучеру приходится ориентироваться по описанию.

По дороге обсуждается отношение к будущим слугам. Джеля хочет, чтобы те чувствовали себя частью дома и семьи. Вацлав обещает защиту и заботу о своих слугах и гулях, но отдельно исключает Евсея из семейного принятия. Он считает его негодяем, не простил и не собирается прощать, хотя сделал своим гулем ради пользы и наказания.

Вацлав связывает неприязнь с проступком против Терезы. Джеля не знает содержания проступка. Мастер прямо уточняет предел её понимания: она может предположить конфликт или оскорбление, но угадать точные действия без рассказа не способна. Вацлав сообщает также, что Евсей не знает их истинную природу: ему была дана версия о карпатском колдуне. Петронелла, напротив, посвящена.

От разговора о Климе Джеля переходит к собственной тревоге из-за Лариона. Ей кажется, что он вытянул из неё обещание любить только его. Здесь следует существенная поправка: мастер и игроки напоминают, что такого обещания она не дала. Они обсуждали гипотетическую ситуацию и возможное условие. Её тревога реальна, но договорённость об исключительной любви пока не установлена.

Джеля признаёт, что, вероятно, влюбилась в выбранного ею будущего чайлда. Вацлав спрашивает, чего именно хочет Ларион: исключительности чувств или ещё и телесной верности. По ответу Джели, последнее не входит в его условие. Однако ей всё равно трудно принять возможность его связи с другой женщиной, хотя самой она не хочет отказаться от Клима и Трофима. Вацлав указывает на разницу между желанием принадлежать одному и желанием, чтобы другой принадлежал только ей.

В качестве собственного опыта Вацлав рассказывает о Хелене и Терезе. Он прежде предложил Хелене взаимную исключительность, затем сам нарушил установленную границу поцелуями с Терезой. До дальнейшей близости поговорил с Хеленой, объяснил, чего хочет, и принял три способа извинения. Это рассказ об уже произошедшем разговоре, не новое согласие Хелены в этой карете. Главный совет Джеле — честно выяснить условия, а не обманывать себя или партнёра.

Они обсуждают небольшой романтический опыт Лариона и его сдержанность. Джеля рассказывает о подростковой влюблённости и просит не разглашать эту сторону его жизни. Вацлав соглашается. Он предполагает, что помолвка и личные принципы мешают Лариону позволять себе больше. Это версия Вацлава, а не полученное от Лариона объяснение.

Вацлав также возражает против вывода, что после Обращения любой Бруха обязательно бросится во все тяжкие. Он напоминает о различиях внутри кланов и считает, что личный стержень Лариона сохранится. Разговор затрагивает Регину, Станислава и прежние отношения, но не подтверждает новых отношений этих персонажей в текущей серии.

Джелю тревожит отъезд Лариона к Копорью 12 ноября: она боится, что его убьют. Мастер уточняет, что Копорье сейчас русская территория, хотя фронт близко; задача связана с разведкой и подготовкой движения войск. Шутливые варианты удержать Лариона силой, сломать ногу, запереть или обратить против нынешней воли не становятся принятым планом и не реализуются.

Вацлав предлагает довериться самому Лариону и судьбе. Джеля уже сделала многое, раскрывшись перед ним и рискуя собой, а он её не выдал. Но из этого нельзя вывести, что Ларион полностью понимает величину риска: его понимание остаётся неизвестным.

21. Общий план на вечер и разговор о правах гулей

Джеля пересказывает Вацлаву неприятности с лакеями и Меншиковым, а затем знакомство с Марией Николаевной. Ей кажется, что она испортила впечатление; он отмахивается от необходимости нравиться старшей Оболенской. Они спорят о том, кто в семье реально принимает решения. Вацлав всё же признаёт, что пока глава семьи жив, его роль в делах нельзя игнорировать.

Герои сопоставляют встречи: переговоры Вацлава с Оболенскими назначены на полседьмого вечера, женское чтение — на семь. Он предлагает Джеле привести Петронеллу, чтобы та познакомилась с более высоким обществом. Это предложение, а не завершённое приглашение Петронеллы.

План с Павлом и Натальей становится конкретнее. Джеля должна обеспечить их совместное появление после читального круга и по возможности вывести Наталью на прогулку. Вацлав с Егором намерены найти бродяг и заплатить за инсценированное нападение. Павла ещё нужно привлечь к организации; детали того, что он будет знать заранее, не закреплены. При необходимости Джеля должна предупредить Лариона, чтобы тот не вмешался и не сорвал задумку по расторжению помолвки.

Джеля отмечает, что Егор — перспективный кандидат для будущего Обращения, хотя для её собственной семьи он подходит не так хорошо, как ей кажется подходящим для клана. Вацлав говорит, что тот уже получил от него одну дозу витэ. Новая доза в текущей серии не дана. Если другой сородич захочет обратить Егора, Вацлав намерен обсуждать условия и возможную выгоду, а не обязательно препятствовать. Джеля требует не закрывать достойному кандидату такую возможность.

Разговор переходит к Петронелле. Вацлав сначала резко реагирует на возможность, что она заинтересует другого сородича как будущий чайлд, но затем соглашается с общей мыслью: гули заслуживают перспективы Обращения, а удерживать их лишь потому, что они удобны хозяину, нечестно. Евсея он из этой перспективы исключает.

Вацлав пересказывает Джеле историю Исабеллы, услышанную от Терезы. Джеля возмущается не только Лаурой, но и отсутствием сира рядом с пострадавшим дитя: по её представлению, её собственный отец пытался бы выручить её любой ценой. Ни срок зависимости Исабеллы, ни местонахождение её сира, ни возможность выкупа герои достоверно не знают.

Вацлав формулирует принцип общего дома: не всё, что принято среди сородичей, должно считаться допустимым у них. Если Петронелла в будущем сама захочет Обращения, это можно обсуждать после того, как она лучше узнает ночной мир. Обращение не обещано на конкретный срок и не совершено.

22. У дома Суси: кормление Анисима и правила службы

Анисим показывает дом, похожий на описание Элеоноры. Вацлав, испытывающий сильный Голод, решает сначала поесть. Джеля предупреждает, что из Алексея уже пила она, поэтому выбирается отец.

Вацлав просит Джелю подстраховать его на случай потери контроля. За столом обсуждается, что она может физически оттащить его и при необходимости усилить действие дисциплиной. Анисим слышит непонятные слова, но смысла вампирской механики не знает.

Вацлав приглашает его в карету, приказывает не двигаться, пьёт из запястья и снижает Голод с четырёх до двух. Проверка, необходимая для остановки, проходит; человека он не убивает и не продолжает пить против объявленного намерения. Затем зализывает рану и велит забыть случившееся. По дальнейшему виду Анисима видно замешательство, но отдельного численного результата стирания памяти в записи нет.

После этого Вацлав объясняет требования к службе. За преданность и тщательное исполнение обязанностей обещает сытость, жильё, тепло и достаток. Запрещает соваться в дела хозяев и сплетничать. Даже сведения, случайно узнанные отцом, не обязательно должны быть известны сыну, и наоборот. Он поручает передать Алексею те же правила.

В мета-обсуждении возникает вопрос, не являются ли нанимаемые люди крепостными и не нужен ли выкуп. Мастер ещё не определила их точный правовой статус; Вацлав допускает выкуп, если потребуется. Ни крепостная принадлежность, ни покупка семьи в текущей записи не установлены.

Герои выбирают легенду для визита: они приезжие поляки, поздно оказавшиеся поблизости и нуждающиеся в ночлеге. Эти части рассказа соответствуют их положению, хотя визит также преследует хозяйственные цели и опирается на прежнюю помощь семье.

23. Элеонора открывает дверь; происхождение сабли

Дом Суси двухэтажный, сравнительно небольшой, со скромным огороженным участком. На дворе есть дрова, колодец и телега с инвентарём, но нет лошадей или экипажей. Элеонора сначала отвечает из-за двери и затем открывает, держа пистоль. Поздний визит настораживает её, но, узнав Вацлава, она принимает гостей.

Она говорит, что отец наверху и приболел. Джеля предполагает пьянство, Вацлав думает о настоящей болезни; мастер подчёркивает, что на этом этапе они не знают причины его состояния. Позже осмотр показывает серьёзную слабость и затруднённое дыхание, но диагноз всё равно не устанавливается.

Внутри дом беден, однако женщины старались сделать его уютным: вышитые занавески, самодельные подушки и покрывала смягчают вид старой мебели. Пахнет металлом, кожей и дымом печи. Света мало, поскольку семья экономит на свечах.

Вацлав напоминает о прежних вариантах будущего Элеоноры: служба у Лауры, работа у него или отказ от обоих предложений. Сейчас она говорит, что готова работать, если нужны работники. Он поясняет, что хозяйство ведёт вместе с Джелей.

Элеонора узнаёт саблю Джели и сообщает, что её сделал дед. Здесь следует уточнение: сам клинок был выкован, по её словам, где-то в Баварии; дед изготовил остальное и собрал оружие. Сабля не обязательно семейная реликвия: дед делал вещи и для продажи, а кому именно досталась эта, Элеонора не знает. Возвращать её семье она не требует.

Она называет отличительные знаки: волк на клинке и буквы «МС» снизу рукояти. Знаки связывают оружие с историей её семьи. Вацлав и Джеля вспоминают, что купили саблю у приезжих торговцев на ярмарке, не запомнив лавку. Точный продавец и дальнейшая цепочка перепродаж остаются неизвестными.

По мужской линии семья связана с оружейным делом. Отец больше занимался добычей металлов и отправкой на выплавку; другая часть родни — выделкой кожи. Элеонора умеет точить клинки, поскольку в её семье нет сыновей и ей пришлось участвовать в работе. Обсуждение языков отражает уже известные героям её способности; новых проверок языка здесь нет.

24. Предложение восстановить семейное дело

Элеонора объясняет происхождение долгов: предприятия семьи были разорены, сожжены и разрушены, восстановление потребовало больших вложений, а затем семья перестала справляться с выплатами. Сейчас часть дела ведёт дядя в Финляндии, но она не знает, насколько успешно.

О прежнем погашении долгов она уже рассказала родителям и написала дяде. Получение письма и его реакция не подтверждены. Мать делами прежде не занималась; отец лежит больной. Вацлав спрашивает, что сама Элеонора сделала бы, будь у семьи средства.

Она не сразу понимает предложение и предлагает писать дяде. Вацлав объясняет, что видит в ней способную женщину и пытается определить, какое дело они могли бы вести вместе. Элеонора опасается масштаба ответственности: она очень молода и не уверена, что может принять управление, которым прежде занимались мужчины.

Её возраст в разговоре закрепляется на отметке в восемнадцать лет. Главное — отсутствие уверенности и управленческого опыта, а не неспособность, доказанная провалом проверки.

Вацлав убеждает её, что речь не о работе в одиночку. Семья остаётся рядом, партнёры готовы вкладывать деньги, искать помощников и управляющих. Просит оценивать себя по накопленному опыту, а не только по возрасту. После переброса проверка убеждения завершается четырьмя успехами: она слушает и видит возможность, хотя страх ответственности сохраняется.

Джеля поддерживает более резко. Напоминает, что именно Элеонора открыла дверь с пистолем, тогда как остальные не могут сейчас защитить и вывести семью из беды. Если ей нужен лучший выход, придётся принять вызов. Это аргумент Джели и её давление, а не объективное утверждение, что других возможных жизненных путей вообще нет.

Элеонора опасается, что при неудаче партнёры потеряют деньги. Вацлав и Джеля подтверждают готовность помогать. Она соглашается попробовать заняться восстановлением дела. Предприятие ещё не создано, точный бюджет, доли, юридические условия и план снабжения не согласованы.

25. Пекка получает гранулы витэ

Вацлав предлагает осмотреть отца и говорит о лечебных средствах, якобы приобретённых на ярмарке. Это прикрытие будущего применения витэ. Проверка обаяния и хитрости проходит с тремя успехами; Элеонора, хотя и неуверенно, ведёт их наверх.

На втором этаже несколько небольших комнат. Лестница и двери сильно скрипят, на стенах видны пустые места от картин; предположение о продаже вещей соответствует общей бедности, но не подкреплено отдельным рассказом хозяев о каждом предмете.

Отец выглядит измождённым, тяжело дышит с хрипами, не может нормально приподняться без помощи. Элеонора называет его Пеккой. Она не соглашается давать ему что-либо во сне: отец должен знать, что посторонние делают с ним. Герои принимают это условие, и она будит его, объясняя ситуацию на финском.

Пока дочь помогает отцу, Вацлав незаметно выводит собственную витэ и пытается превратить её в небольшие гранулы, которые можно выдать за лекарство. Он хочет сохранить действие крови при изменении формы. Проходит испытание Крови, усиливает бросок и получает пять успехов при сложности четыре. Гранулы сформированы успешно, причём их достаточно для целой дозы.

Пекка принимает их с помощью дочери: та подаёт ложку, даёт запить и вытирает ему рот. Вацлав просит поправляться и оставляет его отдыхать. Пекка с трудом выражает благодарность за помощь семье.

Это состоявшееся введение дозы витэ, а не уже показанное исцеление. Вацлав ожидает улучшения к утру, но после приёма не происходит полноценной проверки выздоровления. Диагноз болезни не установлен. Вопрос о сохранении разных свойств витэ в гранулах обсуждается за столом; нельзя из успешного формирования автоматически вывести все долговременные свойства вещества или возникновение Уз крови.

Элеонора надеется, что после выздоровления отец снова сможет заниматься делом. Вацлав отвечает, что даже тогда не исключает её из управления: хочет, чтобы молодая представительница семьи участвовала в организации и предотвращала повторную потерю предприятия, денег и вложенных лет.

26. Падение Бритты и остановка кровотечения

Пока гости разговаривают внизу, мать Элеоноры просыпается и слышит незнакомые голоса. Она торопится к лестнице без своего источника света, оступается и падает. Слышен хруст дерева: одна из ступеней повреждается. Женщина плачет, не может нормально опираться на ногу; голень и область щиколотки ободраны, идёт кровь.

Мать зовут Бритта Суси. Джеля помогает перенести её в кресло, Элеонора ищет материал для перевязки, вынужденно рвёт имеющиеся ткани. Запах крови заметен обоим сородичам, но срыва или нового кормления из пострадавшей не происходит.

При близком осмотре заметны сильный отёк и возможная трещина в области кости. Это предположение мастера о характере травмы, а не подтверждённый диагноз перелома. Вацлав не обещает устранить повреждение кости.

Он придумывает другое применение своей способности изменять кровь: использует кровь самой Бритты, загущает её у раны и останавливает наружное кровотечение. Действие маскирует обычной перевязкой. Проверка проходит с двумя успехами; точное значение объявленной сложности в ASR неразборчиво.

Затем рану перевязывают и прикладывают холод. Боль и отёк не исчезают мгновенно. Это остановка кровотечения и первая помощь, а не полное исцеление смертной дисциплиной. Ранее доступное Вацлаву лечение отдельно оговаривается как работающее на сородичах, поэтому здесь он использует именно формование крови.

27. Анисим и Алексей помогают с лестницей

Джеля приводит от кареты Анисима и Алексея, чтобы починить опасную лестницу. Семья ищет инструменты. Когда Элеонора уходит с единственной свечой, помещение почти погружается в темноту. Алексей проявляет находчивость: делает лучины, зажигает их от печи и расставляет, чтобы обеспечить временное освещение, в том числе возле лестницы.

Отец и сын осматривают поломку. Инструменты плохие, запасных досок нет. От идеи взять материал в заброшенном доме отказываются: по словам хозяев, свободных домов поблизости почти не осталось, люди заселяются. В итоге используют доски забора.

Вацлав лично работает вместе с Анисимом, отпиливая и прибивая замену ступени. Его участие соответствует усвоенной ранее мысли, что ручной труд не позорен. Позже, уже после отъезда Джели, ремонт этой ступени завершается. Вся лестница и весь дом не отремонтированы: устранена конкретная поломка доступными средствами.

Элеонора тем временем устраивает матери отдых внизу, чтобы той не приходилось подниматься с больной ногой.

28. Договор о жилье и общем хозяйстве

Джеля спрашивает о свободных комнатах и предлагает поселить жильцов: это дало бы семье доход и помогло привести дом в порядок. Бритта соглашается, если гости не брезгуют бедностью. Герои подчёркивают, что им важнее хорошие хозяева и семья, чем богатая обстановка.

В доме, по словам хозяйки, четыре комнаты и кладовая наверху, три комнаты внизу; есть небольшой погреб. Обсуждается, какой этаж отдать героям. Вацлав сначала рассматривает второй, опасаясь проходных помещений, но мастер уточняет, что комнаты первого этажа отдельные. В следующей сцене закрепляется итог: героям отдан первый этаж.

Договорённая плата — одна серебряная монета в месяц за обоих, а не за каждого и не за отдельную комнату. Позже Вацлав действительно вносит монету за ближайший месяц. Точный номинал серебряной монеты в записи не установлен.

Хозяев предупреждают об образе жизни: гости спят днём, возвращаются поздно ночью и не нуждаются в обычном приготовлении еды, поскольку питаются в городе и часто бывают в гостях. Семья обещает не беспокоить и не входить в комнаты. Вампирскую причину режима на этом этапе ей не раскрывают.

Бритта разрешает вкладываться в дом и построить навес для лошадей: собственных средств и материалов у семьи нет, прежних лошадей пришлось продать. Навес лишь разрешён к будущему строительству, а не построен.

Анисиму и Алексею также разрешают остаться как слугам новых жильцов. Джеля допускает приезд младшего брата, но ставит условие: никто не должен создавать проблем женщинам семьи. Старшему Алексею поручает следить и за собой, и за отцом. Он объясняет прежнее пьянство отца случайным угощением и не признаёт постоянной привычки пить; это его рассказ, а не независимая проверка.

Джеля прибегает к прямой угрозе, чтобы закрепить правила. Проверка запугивания проходит с тремя успехами. Алексей действительно пугается и отшатывается даже тогда, когда она поправляет ему одежду. Она объясняет, что хорошая служба даст достаток, а бояться нужно нарушения правил. При этом обещанная забота соседствует с уже созданным страхом — важная особенность начала их отношений.

29. Герои разделяются

Джеля решает отвезти Митяя в поместье Рюдена. Вацлав остаётся у Суси и просит взять одного кучера, а не ехать самой. Для текущей работы в доме Анисим полезнее, поэтому Джеля уезжает со старшим Алексеем. Она просит поспешить, но не загнать лошадь.

Карета остаётся колёсной, хотя дороги уже заснежены. Это замедляет путь; на сани герои ещё не пересели. У Вацлава также вспоминается отдельная лошадь, оставшаяся у Рюдена, но вопрос второго экипажа пока не решается.

Джеля должна на следующий вечер заехать за Вацлавом, чтобы они вместе отправились к встречам: сначала к Оболенским, затем к Смолиным. Он допускает её участие в мужских переговорах, если она захочет, и готов отстаивать это как часть общего дела. Участие ещё не согласовано с самой семьёй Оболенских.

30. Прибытие к Рюдену

У поместья Джеля встречает Луку, играющего с собаками, и конюха. Александра нет; это также подтверждает Татьяна в доме. Джеля объясняет, что привезла сородича, которого нужно разместить, и обычного человека, которому нужен ночлег.

Алексей не посвящён в ночной мир. Джеля требует, чтобы его покормили, устроили спать и не дали увидеть лишнего. Конюх уводит его в отдельный домик. Позднее подтверждает, что отвёл его туда; само кормление Алексея на сцене не показано, хотя поручение о нём повторяется.

Когда смертные отходят, Лука вытаскивает Митяя из кареты и несёт в дом. Джеля просит обращаться с ним аккуратнее. Лука шутит и обращается с грузом довольно бесцеремонно, что её раздражает. Его добродушный тон не означает, что Джеля воспринимает это как безусловно приятное обращение.

В доме Митяя кладут на стол. Джеля идёт к Рюдену, слишком резко стучит в дверь и получает недовольный окрик, после чего извиняется. Объясняет: это тот московский гуль, чьё Обращение Рюден разрешил Вацлаву.

Она напоминает, что Митяй — смертный отец Клима и что долгие годы гулем сохранили его очень юную внешность. Разговор о возрасте даёт лишь приблизительную оценку около двухсот лет, а внешность описывается как подростковая. Точную дату рождения или срок гульства не следует выводить из этих приблизительных реплик.

31. Митяй приходит в себя

Рюден осматривает Митяя. По репликам Джели и мастера тот уже несколько часов находится с колом; приблизительная оценка около восьми часов не закреплена как точная длительность.

Лука предлагает извлечь кол. Рюден разрешает ему действовать. Джеля боится, что очнувшийся Митяй нападёт и что придётся его ранить; ей предлагают отойти, чтобы мужчины разобрались. Лука вытаскивает кол.

Митяй вскрикивает и приходит в себя. Он садится, рассматривает окружающих и сообщает, что было мучительно лежать, слыша разговоры и не имея возможности ответить. Отдельно подтверждает, что слышал часть беседы героев в карете. Его неподвижность, таким образом, не была равна полной утрате восприятия.

Он представляется Димитрием, пожимает руки Рюдену и Луке, быстро возвращается к привычной развязной манере. Замечает непривычное отсутствие сердцебиения и другие изменения ощущений. Пробует привычное курение, спрашивая разрешения, и рассуждает, что привыкнет.

Джеля беспокоится об отсутствии сира рядом. Митяй реагирует легче: у Вацлава дела, и это для него не повод считать себя брошенным. Джеля пытается заставить его сидеть приличнее и вести себя достойнее, но он ещё не перенял её представление о церемониях и семейной дисциплине.

Он говорит, что готов быть полезным и рассказать о московской стороне то, что знает. При этом сам оговаривает ограниченность доступа к секретам: многого ему не доверяли. Рюден обещает, что тот будет послушным, и его взгляд заставляет Митяя выпрямиться. Применение определённой дисциплины в этой реакции не объявлено, поэтому его нельзя добавлять.

Рюден предлагает перейти к нему и поговорить. Конкретные московские сведения в текущей записи ещё не раскрыты: есть обещание поделиться, а не завершённый допрос или полученная разведывательная сводка.

32. Голод Митяя и передача под надзор

Джеля несколько раз напоминает о необходимости кормления. Митяй описывает состояние как лихорадку и дрожь. За столом ожидается максимальный Голод новообращённого, но отдельного броска сопротивления безумию или численно разыгранного кормления здесь нет.

Рюден поручает Луке через Татьяну найти человека для кормления. На вопрос Луки, следует ли искать кого-то, кого не жалко, отвечает, что выбор оставляет ему. Джеля требует, чтобы сегодня не было смерти.

Рюден и Лука остаются с Митяем, а Джеля уходит. Что произошло с выбранным сосудом, сколько крови выпил Митяй и выжил ли человек, расшифровка не показывает. Нельзя считать желание Джели гарантией результата, а спокойствие Рюдена — доказательством убийства.

Перед её уходом Рюден просит быть осторожной и не привлекать внимание. Она воспринимает это в том числе как запрет бегать обнажённой по снегу. Сам разговор о бане не означает, что Рюдену подробно рассказано о её планируемой встрече с Трофимом.

33. Вацлав закрепляет жильё и защищает комнату

Повествование возвращается к дому Суси. Вацлав и Анисим завершают замену сломанной ступени. Вацлав платит Бритте серебряную монету за месяц, после чего Элеонора показывает ему комнату на первом этаже.

Он проверяет защиту от дневного света. В комнате два окна с тонкими занавесками и наружными ставнями; щели в ставнях недостаточно успокаивают его. Он берёт ещё доски забора, заколачивает ставни и объясняет это чувствительностью к свету и необходимостью высыпаться днём.

С внутренней стороны добавляет второй слой ткани. Затем выходит наружу и своим красным зрением осматривает окна в поисках оставшихся просветов. Проверка упорства и наблюдательности даёт четыре успеха. Он обнаруживает и исправляет недочёты, добиваясь того, что с улицы внутренняя часть комнаты не просматривается.

Результат сцены — обустроенное и проверенное затемнение выбранной комнаты. Это не оценка солнечной безопасности всех помещений первого этажа и не проверка при наступившем солнце, которое на сцене ещё не показано.

Элеонора приносит вещи из других комнат, чтобы сделать жильё лучше, перестилает постель. Вацлав предлагает справиться самому, но она настаивает, что должна помочь. Он просит купить свечи и необходимые принадлежности теперь, когда средства появились.

34. План для Элеоноры и имя Элин

Вацлав просит Элеонору с родителями обсудить восстановление семейного предприятия и к следующему вечеру подготовить предварительный план. Она снова пугается объёма задачи и предупреждает, что не так умна, как он думает, и может не успеть ничего придумать.

Он поясняет требования: не нужен готовый бюджет с точными расчётами. Нужны основные шаги, примерное понимание материалов, оборудования и организации работы. Вацлав не оружейник, поэтому именно семья должна определить, что требуется для запуска. Он обещает не судить строго за неполноту и связывает скорость работы с выходом семьи из беды и общей прибылью.

Затем говорит об имени. Элеонора исправляет его прежнее впечатление: она не утверждала, что ненавидит своё имя. Отец хотел назвать её проще, а мать настояла на более нарядном варианте. Вацлав предлагает Элин, связывая имя с финскими корнями, новым этапом жизни и будущей узнаваемостью её изделий.

Проверка убеждения даёт три успеха. Она соглашается, что он, вероятно, прав и что имя должно быть на слуху. Вацлав рисует перспективу, где «Элин Суси» станет знаком качества оружия.

Это принятое в разговоре новое имя, а не доказанное имя будущей владелицы уже процветающей оружейной фирмы. В источнике местами звучат близкие формы «Эли» и «Элли», но итоговая форма, которую Вацлав предлагает и использует, — Элин.

35. Вторая доза витэ для Элин и письма Вацлава

В завершение разговора Вацлав вновь использует кровь в контакте с Элин, затем велит ей забыть случившееся. Сам переход изложен в ASR фрагментарно и перемежается шутками игроков, поэтому точные движения не восстанавливаются как уверенная стенограмма.

Однако последующее прямое уточнение мастера закрепляет механический результат: на Элин теперь две дозы витэ Вацлава. Это надёжная опора для фиксации новой дозы поверх прежней. Она не становится знанием самой Элин и не доказывает добровольного согласия на кровную зависимость.

После внушения она на мгновение задумывается, затем подтверждает договорённость и уходит отдыхать. Вацлав остаётся в подготовленной комнате. Новая проверка степени Уз, полный контроль над её поведением или раскрытие ей природы сородичей не объявлены.

Перед сном он просит принести чернила и бумагу и садится писать письма. Это нарративно заявленное действие. Содержание писем не зачитано; отправка, адресаты каждого письма и ответы в этой серии не показаны. Обсуждавшееся стихотворение для Хелены также не предъявлено как готовый текст.

36. Баня: Джеля и Трофим

У поместья Джеля расспрашивает конюха об Алексее и бане. Трофим уже возле неё. Чтобы получить время на подготовку, она даёт конюху несколько медных монет и просит ненадолго отвлечь Трофима делом, а затем сообщить, что она ушла мыться.

Конюх зовёт его помочь с лошадью, объясняя, что нужно разобраться с камнем у копыта. Пока мужчины отходят, Джеля успевает войти в баню и начать мыться. Она прислушивается к шагам за окном, не сразу уверенная, что снаружи именно тот, кого ждёт. Проверка наблюдательности с двумя успехами даёт ей дополнительный звук — тихое хихиканье; абсолютного установления личности одним броском не объявлено.

Джеля начинает нарочитую игру с воображаемым подглядывающим и в конце просит помочь вымыть спину. Трофим немедленно входит. Дальнейшее подтверждает, что ожидаемая встреча состоялась: он очень рад, помогает ей, придерживает на мокром полу и охотно включается в её игру.

Для Джели это пространство принятия после тревог о Ларионе. Она спрашивает, не странно ли то, как она себя ведёт, и не кажется ли она немного чокнутой. Трофим не оценивает её по тому, делали ли так другие женщины, и говорит, что всё хорошо. Его готовность принимать и поддерживать противопоставляется в её переживаниях сдержанности Лариона, но не доказывает, что Ларион отвергает или не любит её.

В ходе близости Джеля использует укус без питья и зализывает след. Это не кормление и не повод менять Голод. Они обмениваются прямыми признаниями: Джеля говорит, что любит его, Трофим отвечает взаимностью.

Она вспоминает предупреждение Рюдена и не выходит обнажённой в снег. После совместного времени в бане они уходят спать в комнату Трофима. Вацлав тоже завершает ночные дела и ложится у Суси. На этом игровые события записи заканчиваются; последующее обсуждение опыта, монологов, стихов и организационных вопросов игры не переносится в канон как новые действия персонажей.

Канонические изменения

Договорённости, обязательства и планы

Значимые механические результаты

В таблице сохранены числа, которые достаточно ясно названы или подтверждены результатом. Неоднозначные реплики о кубиках не превращены в точные пулы и правила.

Вацлав неоднократно даёт распоряжения не двигаться и забыть, однако текст не всегда называет силу и бросок. Там, где механическая процедура не объявлена, не добавлены выдуманные названия дисциплин, пулы, длительности или гарантии. Не произведён и окончательный пересчёт всех ресурсов: для него в записи недостаточно непрерывных численных отметок.

Улики, предметы и сведения для расследований

Охота на упырей и Смолины

Упоминания Василия Андреевича, Мануйло и кладбищ вводит Вацлав как направление расспросов. Собеседники не дают новых подтверждений конкретной цепочки связи между ними.

Торговля и шпионаж

Источник сведений о шведских агентах — разговор мужчин на вечере. Маршруты Копорье и Нарва названы как возможные направления торгового прикрытия. Книга счетов и шифрованные документы — примеры в рассуждении, а не найденные улики. Вещей, позволяющих идентифицировать конкретного агента, у героев в этой серии не появляется.

Происхождение сабли Джели

Элеонора сообщает семейную атрибуцию и описывает знаки волка и «МС». Она связывает оформление и сборку сабли с работой деда, отделяя это от изготовления самого клинка. Герои узнают источник вещи, но не выясняют, как она прошла от мастерской к ярмарочным продавцам. Владение Джели не оспорено, доказательств кражи нет.

Кубик крови у Марты

Предмет находится у Марты. Он сформован из крови погибшего на ярмарке; имя жертвы в текущем ASR ненадёжно. Возможный яд указан Вацлавом как предположение. Кубик даёт материал для будущего исследования, но результатов анализа нет. Рассуждения о том, растает ли он, испортится ли и как его можно носить в украшении, остаются непроверенными свойствами.

Долговая зависимость Исабеллы

Основная опора — рассказ Терезы Вацлаву, затем его пересказ Джеле. Это один источник, переданный через посредника, а не два независимых подтверждения. Долговые документы, решение Лауры, показания Исабеллы и позиция её сира отсутствуют. Тереза описывает реальную, по её словам, зависимость; герои пока не знают её юридических и политических пределов.

Информация Митяя

Митяй может стать источником о московской группе и о разговорах героев при его неподвижности. В текущей серии надёжно установлена способность слышать в состоянии с колом и его готовность рассказать известное Рюдену. Список тайных сведений и результат беседы не показаны. Сведения ограничены тем, что бывшему гулю действительно доверяли, — это признаёт он сам.

Неясности источника

• Номер серии: в конце звучат варианты семнадцать и восемнадцать. Поле session_number намеренно отсутствует.
• Год: не назван. Исторические реалии не использованы для самостоятельного датирования.
• Дата прежнего кормления из Алексея: игроки перебирают несколько дней; в текущую хронологию дата не внесена.
• Имя погибшего на ярмарке: приблизительно «Йоханус»; точная форма нуждается в сверке с каноном или исходным аудио.
• Клаша: имя предполагаемой организаторши читального круга читается неуверенно; не заменено на персонажа другой хроники.
• Младший брат Лауры: Александр / Лиссандро. По роли это один человек; окончательная форма имени не выбрана произвольно. Он не отождествлён с князем Александром другой кампании.
• Два Евсея: Евсей Смолин на светском вечере и ожидаемый московской группой Евсей разделены по контексту.
• Клим: Андреевич — имя для представления, Дмитриевич — действительное отчество по его объяснению. Оба варианта сохранены функционально.
• Анисим: начальный выбор имени звучит также как Онисим; использована последующая устойчивая форма обращения.
• Возраст Элеоноры: звучат семнадцать и восемнадцать; точная цифра не утверждается. Она не смешана с взрослой Терезой или Петронеллой.
• Болезнь Пекки: тяжёлая слабость и затруднённое дыхание показаны; причина и диагноз неизвестны. Догадка Джели о пьянстве не записана фактом.
• Травма Бритты: возможная трещина и отёк; ни точный перелом, ни полное выздоровление не подтверждены.
• Вторая доза Элин: детали сцены распознаны фрагментарно, но итог «две дозы» прямо закреплён мастером и сохранён.
• Память после распоряжений Вацлава: отдельные проверки и точный объём забытого не всегда объявлены. Не утверждается, что смертные гарантированно забыли любые признаки необычного.
• Кормление Митяя: поручение дано, но действие остаётся за пределами наблюдения Джели. Судьба сосуда неизвестна.
• Заключительные обсуждения: опыт, будущие монологи, тексты писем и стихотворение обсуждаются за столом; не зачитанные тексты не восстановлены от лица персонажей.